Милая весенняя хтонь
Милая весенняя хтонь
Цветение и доброта
А теперь подберем добрые стихи - это наш локальный юмор. Но мы таки справились!

А съёмка легла ровно между ливнем и ливнем. Да и в целом мы тут вышли из привычного амплуа.

Видео бэк
Модель Хелькэ
Фото Лилия Прокопова
Украшения от Allodius
Кольцо от Trollish Jewellry
Гриб от АртЛайнс


Она идёт в венце из серебра среди стволов лесных, плывет, как тень, а под ногами – снег,
Босым ступням её тепло, она – не человек.
Не оставляя и следа, идет за леса край, туда,
Где начинается холмов заснеженных гряда.

Сухие озябшие травы на ветру февральском дрожат,
Она смеётся и ловит снежинки губами – начинается снегопад.
Её взгляд глубок, словно инистого, холодного неба сталь,
И мудр – но сколько пришлось ей вынести, чтобы таким он стал?

Иди, дитя ветвей, что сплелись над твоей головою в замысловатый шатер,
Иди, дитя тростника - над озерной гладью тростник побелел и замёрз.
Иди, дитя мхов, изумрудной мяты, и ягод волчьих, что кровь и яд,
Иди, дитя плодородной земли, иди в свой сияющий сад:

В нём тебя заждались лиловые тени цветущих яблонь и слив,
Он тонет в весенних сумерках, он огромен и молчалив.
Иди спокойно, да не поймают тебя печали людей,
Иди, колдовское дитя, к золотому маю, к не знающей льда воде.

На её челе – венец из серебра, её руки нежны и теплы, как блики солнца в листве молодой,
Она уходит в родные холмы, уходит к себе домой.
Вернётся ли? Никто не знает, куда уводит эта тропа.
А в мире людей продолжается снегопад.

***
Стихи Эрувэ


Русалочья колыбельная

Звёзды светят над водой,
Ластится к песку прибой,
Я тебе пою-чарую,
Спи-усни под голос мой.

Баю-баюшки баю,
не ложись-ка на краю...
Если ты меня полюбишь -
жемчугами одарю.

Кабы ты пришёл ко мне,
Я б ждала тебя на дне,
Мы бы вместе песни пели
Мореходам при луне.

Не ложись на берегу
Спать на левом на боку:
Разойдется гладь морская,
я тебя уволоку.

Унесу в подводный сад,
Ты мне будешь словно брат,
От невзгод тебя укрою -
Отчего же ты не рад?

Отложи, моряк, свой путь,
Тебе надо отдохнуть,
Сны дарю тебе я, только
Не смогу назад вернуть.

И теперь не голоси:
Расставаться нету сил,
Ты теперь со мной навечно,
Не верну, как ни проси.

Над водой уже темно,
Я влеку тебя на дно,
Засыпай, мой друг сердешный,
Ты останешься со мной...

***
Стихи Ристэ


"Девочка-девочка, цветик мой голубой, нежный цветочек на тоненьком стебельке.
Ведьма идёт одноглазая за тобой,
ведьма захочет тебя унести в мешке.
Если сейчас же ты, девочка, не уснешь, ведьма утащит в дремучий-дремучий лес. Ведьма уже наточила мясницкий нож,
булькает странное зелье, кипит в котле.
Служат ей мерзкие крысы и пауки, дружат с ней адский огонь и дрянная тьма. Девочка-девочка, нежные лепестки, крестик носи на верёвке и не снимай".

Бабушка пела и пела, а за окном детские страхи шуршали, скреблись, как снег.
Детские страхи как косточки домино — тронешь костяшку, и все упадут за ней.

"Девочка-девочка, город тебя украл,
вместе с рисунками, куклами уволок.
Видно, для каждого фрукта своя пора, видно, почти дотлевает мой уголёк.
Если с тобой не увидимся никогда (видишь ли, милая, бабка твоя стара),
помни, что ведьма — отравленная вода,
бесово семечко, твёрдая кожура.
В доме у ведьмы — поганки и бересклет,
в сердце у ведьмы — кровавая пелена.
Будь, моя девочка, счастлива много лет, даже в тяжёлые смутные времена".

Детские страхи — рассыпанная крупа, сколько метлой не мети, а в щелях полно.
Бабка отправилась в рай аккурат на Спас.
Внучка на службе оформила выходной, переругалась с коллегой, взяла рюкзак, села в ближайший автобус, и вуаля.
Небо за городом — яркая бирюза, даже немного глаза от него болят.
Странно вернуться обратно, как ни крути.
Всё здесь когда-то казалось большим-большим. Сплющилось, сьёжилось враз до комка в груди: и этот двор, и плетень, деревенский шик.
Что интересно — и лес уже не пугал.
Стыдно бояться: полянки, кусты, трава.

"Девочка-девочка, ведьма на трёх ногах хочет забрать твою душу. Не отдавай".

Эх и леса, ах какие у нас леса, древний чертог, берендеевы закрома.
А на поминках грустили рябой косарь с дедом-жестянщиком, выжившим из ума. Повспоминали, поели и разошлись.
Облачный зверь раззевал ненасытный рот, солнце подбитой синицей упало вниз.

"Девочка-девочка, ведьма тебя сожрет".

Ночь танцевала, цикадами стрекоча,
ночью в деревне тоскливо, хоть волком вой. Девочка-девочка, лучше руби с плеча, чтобы не думать отрубленной головой.
Лес говорил-заговаривал, как вещун, тихий, загадочно-чёрный, как вдовий плат.

"Ведьма, давай выходи, я тебя ищу".
Юная ведьма смеется: "Смотри — нашла".
Ни черепов, ни клыков тебе, ни когтей,
плющ да ромашки сплелись на челе венком.
И вот улыбка, улыбка как у детей — это когда улыбаешься целиком.

"Девочка-девочка, цветик мой золотой, как на Купалу привольно горят костры, как поцелуйного лета душист настой, как надоедливы мелкие комары.
Я научу понимать языки зверей, горькие слезы высушивать, как росу.
Лист мать-и-мачехи, таволга и кипрей, дикий колючий шиповник и лук-слизун.
Я научу различать голоса пичуг.
Если твой город начнёт тебя убивать, ты возвращайся по трещинкам, по лучу,
ты возвращайся туда, где кричит сова".
Не было запаха серы, смолы, гнилья.
Ветки тянули деревья и топал ёж.
Девочка-девочка, светлая и ничья, детские страхи грибные, как летний дождь.

Город во снах отрывается от земли, город — он тоже волшебник и звёздочёт. Ведьма хранит его сердце в лесной дали.
Жизнь продолжается.
Папоротник цветёт.

***
Стихи Резная Свирель

Песня

Потухло солнце в ледяной воде
И растворилось без остатка
В чернильной глубине и темноте.

Мне страшно, в то же время сладко
Подняться к тонкой грани мира,
Откуда виден край эфира,

Олимпа пик, вокруг — созвездия,
Двенадцати богов приют.
Я выловила сферу Гестии

Под тем утёсом, где поют
Достойные ей жёны гимны.
И я запела, голос дивный

Пронесся над морской пучиной.
Я попросила у богини —
Хочу любить, любить мужчину,

Но на земле, не в волнах синих.
Молчал эфир, ни дуновенья,
Ни проблеска мне, ни виденья…

И я запела песнь морскую
Про красоту и глубину,
Про то, как без любви тоскую.

Но песнь моя зовет ко дну.
Не жажду я такой любви —
Мужчину юного обвив

Тяну его в пучины моря.
И холодеют губы быстро.
А чайки моей песни вторят.

Моя любовь — всегда убийство.
Как ни любила бы я страстно,
Моя любовь — всегда несчастна.

***
Стихи Моры


Третьи сутки хозяин - дождь. Мавка, сидя на дикой яблоне,
говорит мне: куда идёшь? Нынче ваши все по домам.
Я киваю ей: не поймёшь. Вот живая бы поняла меня,
ты паси свои облака, да пряди голубой туман.

У неё под глазами синь, словно мёртвым усталость ведома.
Две распущенные косы, запах тины и лапуха.
На синюшной руке - часы. Улыбается: это дедовы.
Даже дождик им нипочём, вот ведь делали на века.

У неё голубая нить вьётся-крутится между пальцами,
по оврагу шумит река, на кроссовках трава и грязь.
Улыбается: я пойму, это быстро не забывается.
Я ведь тоже ведь тоже бежала в дождь, чтоб наплакаться, не палясь.

***
Стихи Марии Фроловской


Незнакомая мелодия

Шажок за шажочком
По кочкам,
Меж лягушек и змей...
Иди, моя красавица,
Покуда луна не явится,
Иди ко мне
Скорей.
Я жду, как уж меж камней.
Слышишь? Песенка простая,
Будто ребёнок играет
На дудочке пару звуков,
Бежит к тебе навстречу.
Коли меня приветишь —
Не быть уж разлуке.
Откажись от жизни человечьей,
Протяни руки,
Вложу в них ленты с погребальных платьев,
Сожму в пальцах костяных,
В мёртвых объятьях
До следующей луны.
Научу играть песенку,
Звуки леса,
Научу верному слову.
Сама будешь в ночи ходить
За людьми.
Научу зову.
Любви.
Только иди
По кочкам,
Над дурною водой,
Шажок за шажочком,
За огонёчком,
За своею судьбой.

***
Стихи Моры


Привет. Ничего не случилось. Не отвлекаю?
Осеннее солнце по окнам палит из пушек.
Сбежать бы с работы, погода смотри какая, а Ванька пошёл на болото ловить лягушек.
Ну ты его знаешь, он с детства немного странный и ушлый — пролезет как ужик в любую щелку. Упрямый, к тому же — стоит на своём бараном.
И что говоришь дураку — только дует щеки, становится бледным и злющим, как Южный полюс, глазищи бездомные, чёрные что колодцы.
Конечно, на связи, естественно, беспокоюсь.
И я наберу тебе сразу, когда вернётся.

Идёт по болоту Иван и пинает кочки, нежданный, непрошенный гость, паучонок в банке. Болото шкворчит, извивается, стонет в корчах, готово приманку сожрать, проглотить росянкой.
Но Ванька бедовый, он поискам знает цену, смеётся расстригой: "Еще хорошо, что в берцах. Немедленно, вот непременно найду царевну, и будет мне счастье, как возле груди младенцу".
День выдался ласковый, только слегка прохладный. Идёт по трясине Ванюша, травинку "курит" .
"Потом заживём как в раю, хорошо и ладно. Вот только сначала сожгу её жабью шкурку".

Привет. Ничего не случилось. Стою на почте. Да что со мной может случиться, с какого бока. Вот кто-то погоду от слова "совсем" испортил, а я без зонта. И без куртки. В одной футболке.
Угу, задержалась, тут очередь. Это длинно. Я мох, я плывущая водоросль, синий лютик. Я кролик, который зачем-то сидит в цилиндре. Ванюха пока не вернулся, но скоро будет.
Ну ты его знаешь, ему каждый повод — веский, особенно если охота свалить из дома.
Уперся: "Пойду на болото, найду невесту", как будто уже не получится по-другому.

"Берет Ванька лук, по колено стоит в трясине. Тонюсенько ноет стрела и летит на север, с поправкой на ветер, а осенью ветер сильный, и в сене сиреневым сном засыпает клевер, медовое лето, стрекочущие козявки.
Башку задирает Иван и теряет шапку.
Глумится болотное чудище, пасть раззявив — за дочкой, поди, не иначе спешит, за жабкой. Да много шныряет романтиков здесь, несчетно. Брутальные сильные дядьки, большие дети.
Всё шастают в царстве болотном (какого черта?), нетрудно понять, что невестушки им не светят".

Привет. Я тут кекс испекла, но какой-то рыхлый, какой-то невкусный, должно быть, мука плохая. А, Ванька. Да он третьи сутки мертвецки дрыхнет, ага, наш герой после подвигов отдыхает. Насквозь отсырел, но зато хоть в квартире сухо.
Готовила ужин, стирала совсем недавно. Спасибо скажи, что Иван не принёс лягуху, такие они неприятные, в бородавках.
Не надо ему с земноводными целоваться. Зачем мы вообще окрестили ребенка Ваней? Назвали бы как-то изящно, отдали б в танцы, возили бы детку по разным соревнованиям, гордились бы им, и на полках б стояли кубки.
Да, лучше бы он занимался у нас искусством. Ах, ты за рулём, извини, я повешу трубку. Да нет, ничего не случилось. Мне просто грустно.

"Пугаются утки, и входит Иван в чертоги
болотного чудища, грязный, усталый, мокрый.
Уместно ли с хтонью Ваньку предаваться торгу, уместно ли с нечистью спорить и будет прок ли.
Не вынесут ли жабьи стражи вперёд ногами. Темно во дворце, весь дворец - как гигантский бражник. Но вера за ребрами греет и помогает, и солнце растёт за спиной, потому не страшно. И солнце, прощально, степенно и меднолице, запомнило всех, кто когда-то входил под своды. И злится болотный царёк, он ужасно злится. Проклятые вечные воды, слепые воды. Проклятая долгая осень, глухая осень, когда обостряются чувства и пляшут ставни.
"Не будет тебе, захожалый, невесты вовсе. Иди подобру-поздорову. Стрелу оставь мне, а сам отправляйся тихонько на все четыре, забудь мою дочку и мышью забейся в норку.
И вот просыпается Ванька в своей квартире, и ломит затылок, и ноги гудят немного".

Привет, я тебя разбудила? Уже двенадцать. Соседи решили, что дочь станет пианисткой. Не сплю с девяти. Надо нам наконец собраться. А Ванька нормально, да честно, остепенился.
Заскоков поменьше, и сердце моё спокойно, вот только жениться не хочет, злодей злодейский.
А помнишь, как он заразился однажды корью, и весь был горячий и в пятнышку как индеец? Он в детстве болел тяжело и кошмарно часто.
А помнишь, как он приволок нам с помойки птицу?
Зачем позвонила? Сказать, что сегодня, к счастью, вообще ничего не случилось. И не случится".

Идёт по планете Иван и пинает лужи, а в лужах — то звезды, то солнце, то лист опавший.
Идёт по планете стрелок, с головою дружит, мечтает о Кипре
и знает, что будет дальше
Построит он баньку и домик с вишневым садом.
Пока в ипотеке "однушка" , но в планах "двушка".
Но осенью кажется Ваньке — болото рядом, оно прямо здесь, а не там, где его лягушка.
Где ряской затянуто прошлое как запруда, и кинуть бы камень, да прошлое внутрь вшили.
И в эти моменты Иван засыпает трудно, и в нем шелестят камыши и цветут кувшинки.

***
Стихи Резная Свирель


Сговор

— Ты откуда знаешь песни для обряда?
Как позвать сумела, смелая девица?
Видишь, мои губы все черны от яда,
Видишь, этим ядом выжжены глазницы,
И лицо и руки в ядовитых пятнах,
Прикоснусь — и будешь холоднее нава…
Вижу, не боишься... почему понятно —
Раз позвать решилась, то нужна отрава
Та, что будет мучать, перекрутит тело
Кольцами гадюки. Выжжет даже душу.
От чего дурное семечко созрело
В сердце у девицы, и нести-то сдюжишь
Плод его тяжёлый, до нутра прогнивший?
Мне-то всё едино, просьбу я уважу,
Если ты решилась, мести этой ищешь,
Поклонись мне в ноги.

— Поклонюсь я, княже.
Долго я искала мудрую колдунью,
Долго я учила шёпоты гадючьи,
Наконец решилась. В ночь на полнолунье
Пела песни змеев я в лесу дремучем,
Чтобы ты явился, а с тобою свита
Чернотелых змеек, красноглазых гадов.
Я слыхала, княже, взгляд твой ядовитый,
И убить любого можешь этим взглядом.
Ненавистный враг мой княжьей крови тоже,
Только хуже гадов вся его дружина —
Коли ты управу подыскать не сможешь,
Уж никто, наверно, не убьёт вражину.
В тереме упрятал своё сердце злое,
Только воют воем от него все люди.
Коль его отравишь, заплачу я вдвое
От цены первейшей.

— Что ж, девица, будет
Всё, как ты сказала — отравлю злодея,
И его дружине стану я убийцей.
Но как только мщенье за тебя содею,
Мне народ, как князю, в ноги поклонится...
...Или ты, девица, понесёшь ребёнка —
Будут его глазки с переливом красным,
А по спинке будет виться змейкой тонкой
Мой узор на верность.

— Я на всё согласна.
Мой народ страдает — заплачу я плату,
Лучше уж ребёнок от такой гадюки,
Чем узнать однажды, что меня просватал
Мой отец, что отдал злому князю в руки.
Буду я княгиней. Догадался, княже.
От того и просишь ты такую плату.
Это твоё право. Пусть уж змей возляжет
На супружье ложе, а не враг проклятый.

— Мне скажи, княгиня, если сговор в силе.
— Я на всё согласна, расплачусь сейчас же.

...Веет от ладоней холодом могильным,
А во взгляде алом теплота и жажда.

***
Стихи Моры


Зачем ты красива, как ветер, зачем в глазах твоих серебро?
Когда на исходе август, и ночи тревожны и горячи,
ты чудишься мне повсюду, и я подбираю твоё перо,
перо океанской птицы, и воздух волнуется и кричит.

***
Стихи Марии Фроловской (фрагмент)


В полнолуние многое явлено,
Ночь короткая, времени нет:
Заплети себе в волосы яблоневый
Самый чистый фарфоровый цвет.

Краснолистного клёна нездешнего
Не ко времени алую пясть
Заплети под весёлым орешником,
Где к обрыву ныряет тропа.

Отложи своё платье узорное.
Шаль забудь - не укроет она.
Осторожная, умная, гордая -
Ты сегодня такой не нужна.

Ты нужна безымянной, неузнанной,
Просто женщиной, птицей, рекой,
Белой яблоней, тихою музыкой,
Отодвинувшей ветки рукой.

Чтобы вышел - такой же неведомый,
Чтобы болью весенней полна,
Вам в глаза - незнакомая, бледная -
Опрокинулась с неба луна.

***
Стихи Марии Фроловской